Решение Палаты Лордов Великобритании по делу "Spiliada"

Один из моих полных переводов с английского для ведущих судебных решений по доктрине forum non conveniens (неудобное место рассмотрения спора). Без доводов на основе дела "Spiliada" не обходятся многие судебные споры, связанные с юрисдикционными проблемами.

Источник: Spiliada Maritime Corp v Cansulex Ltd [1986]

Spiliada Maritime Corp v Cansulex Ltd [1986] UKHL 10 (19 ноября 1986 года)

Решение: 19 ноября 1986 года

ПАЛАТА ЛОРДОВ

SPILIADA MARITIME CORPORATION (ИСТЦЫ ПО АПЕЛЛЯЦИИ)

против

CANSULEX LIMITED (ОТВЕТЧИКИ)

Лорд Кейт из Кинкеля

Лорд Темплмен

Лорд Гриффитс

Лорд Маккей из Клэшферна

Лорд Гофф из Чивли

ЛОРД КЕЙТ И КИНКЕЛЯ

Милорды,

Я воспользовался возможностью прочитать черновик речи, с которой выступит мой благородный и ученый друг Лорд Гофф из Чивли. Я с ней согласен и в силу приведенных им причин хотел бы удовлетворить апелляцию и восстановить определение судьи Стогтона.

ЛОРД ТЕМПЛМЕН

Милорды,

В ходе данного разбирательства стороны спора предпочли судиться, чтобы определить, где они будут судиться. Принципы, которые должны применять суды данного государства, всесторонне рассмотрены и подробно проанализированы в речи моего благородного и ученого друга Лорда Гоффа из Чивли. Если истец имеет право предъявить иск в данном государстве, то суд, применяя доктрину forum non conveniens (неудобное место рассмотрения спора), приостановит иск только в случае если ответчик убедит суд в том, что какое-нибудь другое место рассмотрения спора является более уместным. Если истец может предъявить иск только с разрешения, то применяющий доктрину forum conveniens (удобное место рассмотрения спора) суд выдает разрешение только в случае если истец убедит суд в том, что Англия является наиболее уместным местом рассмотрения иска. Но какие бы причины ни были выдвинуты в пользу иностранного места, истцу будет позволено подать иск, подсудный английскому суду, если по отношению к истцу будет несправедливо ограничивать его лишь средствами правовой защиты другого места.

В данном деле заявляется, что судно, управляемое частично в Греции и частично в Англии, под флагом Либерии и принадлежащее либерийской корпорации, повреждено грузом, загруженным грузоотправителем из Британской Колумбии и доставленным из Ванкувера в Индию. Обе группы страховщиков из Англии. Аналогичный судебный процесс прошел в Канаде в отношении судна «Roseline». Аналогичный судебный процесс прошел в Англии по поводу другого судна «Cambridgeshire», когда судья Стогтон отказался приостановить иск. Если у судьи Стогтона была веская причина рассмотреть дело «Cambridgeshire», трудно углядеть отсутствие надлежащей причины для рассмотрения дела «Spiliada».

Есть великое множество факторов, которые суд вправе принимать во внимание при рассмотрении вопроса о том, является ли одно место рассмотрения спора более уместным. В судебных решениях нет и, возможно, не может быть четких указаний по поводу того, каким образом следует взвешивать данные факторы в каждом конкретном деле. Любой спор об уместном месте рассмотрения осложняется тем фактом, что каждая сторона стремится получить преимущество, и на нее могут влиять соображения, которые не очевидны для судьи, или соображения, не актуальные для его цели. Например, в данном деле в разумной степени очевидно, что «Cansulex» предпочитает исход разбирательства по делу «Roseline» в Канаде, а не исход разбирательства по делу «Cambridgeshire» в Англии, и предпочитает срок исковой давности из Британской Колумбии, а не срок исковой давности из Англии. Судовладельцы и их страховщики придерживаются разных мнений. Могут быть и другие вопросы, которые естественным и неизбежным образом помогают предъявлять в очень большом количестве дел противоречивые доказательства, а также оптимистичные и мрачные оценки затрат, задержек и неудобств. Домициль, место жительства и место происшествия не всегда имеют решающее значение.

В результате мне кажется, что разрешение споров по сравнительным преимуществам разбирательства в Англии и за границей в первую очередь является вопросом перед судьей первой инстанции. Судьи арбитражных судов имеют очень большой опыт в данных вопросах. Почти в каждом деле доказательства представлены под присягой свидетелями, признанными честными. Надеюсь, что в будущем судье будет дозволено изучать доказательства и освежать в памяти речь моего благородного и ученого друга Лорда Гоффа из Чивли по данному делу в тишине своей комнаты без каких-либо затрат для сторон; что ему не будут предъявлять ссылки на другие решения по другим фактам; и что предъявляемые материалы будут изучаться часами, а не днями. Обжалование должно происходить редко, и апелляционный суд должен вмешиваться с неохотой. Я согласен с моим благородным и ученым другом Лордом Гоффом из Чивли в том, что не было никаких оснований для вмешательства в данное дело и что апелляция должна быть удовлетворена.

ЛОРД ГРИФФИТС

Милорды,

У меня было преимущество в том, что я прочитал черновик речей, подготовленных моими благородными и учеными друзьями, лордом Темплменом и лордом Гоффом из Чивли. По указанным ими причинам я бы удовлетворил апелляцию.

ЛОРД МАККЕЙ ИЗ КЛЭШФЕРНА

Милорды,

У меня было преимущество в том, что я прочитал черновик речей, подготовленных моими благородными и учеными друзьями, лордом Темплменом и лордом Гоффом из Чивли. Я согласен с ними и по приведенным ими причинам я бы удовлетворил апелляцию.

ЛОРД ГОФФ ИЗ ЧИВЛИ

Милорды,

Вашим Светлостям подана апелляция; она подана с разрешения Палаты ваших светлостей на решение Апелляционного суда (Лорды-судьи Оливер и Нил), которым они отменили решение судьи Стогтона, в котором он отклонил ходатайство ответчиков «Cansulex Ltd.» об отмене разрешения, выданного ex parte (в одностороннем порядке) заявителям «Spiliada Maritime Corporation» для вручения повестки ответчикам за пределами юрисдикции. Таким образом, решением Апелляционного суда отменено выданное указанным образом разрешение и вручение повестки ответчикам в соответствии с данным разрешением.

(1) Факты дела

Поскольку данная апелляция затрагивает ходатайство о вынесении промежуточного определения, я должен, как и нижестоящие суды, извлекать факты из показаний под присягой, поданных от имени сторон. Истцы (которых я буду называть «судовладельцами») утверждают, что являются (и для целей данной апелляции могут считаться) собственниками сухогруза с дедвейтом около 20 000 тонн под названием «Spiliada». Судовладельцами является либерийская корпорация, и их судно ходит под либерийским флагом; но их менеджеры находятся в Греции, хотя в некоторой части управление осуществляется в Англии. Ответчики (которых я буду называть «Cansulex») осуществляют хозяйственную деятельность в Британской Колумбии в качестве экспортеров серы. Судовладельцы передали свое судно во фрахт индийской компании «Minerals & Metals Trading Corporation of India Ltd.» (которую я буду называть «M.M.T.C.») в соответствии с рейсовым чартером от 6 ноября 1980 года для перевозки груза серы из Ванкувера в индийские порты. Чартер-партия содержала оговорку о лондонском арбитраже. В соответствии с данной чартер-партией судно проследовало в Ванкувер, и там в период с 18 по 25 ноября 1980 года был погружен груз серы. Сера была погружена на борт судна по указанию «Cansulex», которая исполняла условия f.o.b. по сере для «M.M.T.C.». Затем коносаменты были выставлены и приняты «Cansulex». Коносаменты были бортовыми, и «Cansulex» была указана в коносаментах в качестве грузоотправителя. Пункт 21 на оборотной стороне коносамента предусматривал, что с учетом определенных пунктов, которые не имеют значения для настоящих целей, коносаменты «независимо от места выдачи должны толковаться и регулироваться в соответствии с английским правом, и как если бы судно ходило под британским флагом». Коносаменты были подписаны агентами для Капитана и по его поручению. Груз был выгружен в портах Индии в период с 29 декабря 1980 года по 6 февраля 1981 года.

Судовладельцы утверждали, что груз серы, загруженный указанным образом на судно, был влажным при загрузке и в результате вызвал сильную коррозию и образование раковин в трюме и крышках резервуаров судна. Судовладельцы требовали от «Cansulex» возмещения причиненного указанным образом ущерба. Судовладельцы исходят из возраста судна в период рейса (тогда ему было три года) и состояния трюма до и после рейса. Судовладельцы предъявили претензию «Cansulex» как грузоотправителю по договору перевозки, который содержался в коносаментах или подтверждался ими, про них я уже говорил, основывая свою претензию на Правиле 6 Статьи 4 включенных в коносаменты Гаагских правил, а также на подразумеваемой английским правом гарантии того, что опасный груз не отправляется без предупреждения. Судовладельцы также инициировали арбитражное разбирательство против «M.M.T.C.» в Лондоне на основании арбитражной оговорки в рейсовом чартере. «M.M.T.C.» имеет возможность инициировать арбитражное разбирательство в Лондоне против «Cansulex» в соответствии с заключенным между ними договором купли-продажи на основании содержащейся в данном договоре оговорки об арбитраже в Лондоне. Судовладельцы получили разрешение на выдачу и вручение судебного приказа «Cansulex» за пределами юрисдикции на основании, предусмотренном в правиле 1(1)(f)(iii) Приказа 11 действующей в то время редакции Правил Верховного суда (Rules of the Supreme Court), которое гласило, что иск подавался с целью взыскания убытков в связи с нарушением договора, условия которого регулировались английским правом.

Затем «Cansulex» обратилась за отменой данного разрешения и всех последовавших за ним процессуальных действий. Заявление было подано судье Стогтону 26 октября 1984 г. Слушание по заявлению проходило в то время, когда судья Стогтон рассматривал очень похожее дело, в котором «Cansulex» также была ответчиком. Тот иск затрагивал судно под названием «Cambridgeshire», принадлежащее английской компании «Bibby Bulk Carriers Ltd.», в нем владельцы требовали возмещения ущерба, который, как заявлялось, был причинен их судну грузом серы, загруженным на него в Ванкувере в ноябре и декабре 1980 г. для перевозки в Южную Африку и Мозамбик. Ответчиками по иску были фрахтователи судна «Cobelfret NV» и три грузоотправителя «Cansulex», «Petrosul International Ltd.» и «Canadian Superior Oil Ltd». По данному иску «Cansulex» (при поддержке «Petrosul International Ltd.», другой канадской компании), которой была вручена повестка за пределами юрисдикции на том же основании, что и в данном деле, в сентябре 1982 г. подала ходатайство об отмене разрешения на вручение ей повестки за пределами юрисдикции и всех последовавших процессуальных действий. Судья Стогтон проводил слушание по данному ходатайству и отклонил его, постановив, что существует убедительная доказуемая позиция о том, что канадские компании были сторонами договора, регулируемого английским правом, и что в данном деле было допустимо вручить повестку за пределами юрисдикции. Данное решение не обжаловалось. Разбирательство по иску в отношении «Cambridgeshire» началось 15 октября 1984 г. снова перед судьей Стогтоном. В своем решении по данному делу он зафиксировал, что в иске в отношении «Cambridgeshire» привлечено не менее 15 адвокатов; что каждому было выдано 75 томов; и что предполагаемая на тот момент продолжительность судебного разбирательства составляла полгода.

Был еще один набор процессуальных действий касаемо повреждения судна, которое, как заявлялось, было вызвано грузом влажной серы, отправленным из Ванкувера. Это было судно под названием «Roseline». Вопрос был передан в Канадский федеральный суд в марте 1984 г., ответчиком была компания «Petrosul International Ltd.» Владельцы «Roseline» утверждали, что между ними и «Petrosul» был договор, по которому споры должны были передаваться в парижский арбитраж. Утверждалось, что содержание договора предусматривалось или подтверждалось в коносаменте, в котором «Petrosul» была указана в качестве грузоотправителя. Г-жа судья Рид поддержала позицию «Petrosul» о том, что она не была стороной какого-либо договора с владельцами или, по крайней мере, стороной какого-либо договора, содержащего арбитражную оговорку; ее заключение было основано на том, что находившийся у «Petrosul» коносамент «имел характер квитанции или товарораспорядительного документа», и что использование для данной цели не делало документ договорным в той части, которая касалась «Petrosul». Сомнительно, что можно прийти к аналогичному заключению в английском праве; судье Стогтону сообщили, что есть неопубликованное решение судьи Мустилла (по состоянию на тот момент) с противоположным эффектом. Тем не менее, судья Стогтон постановил, как в настоящее время признает «Cansulex», что в данном деле есть убедительная доказуемая позиция о том, что «Cansulex» была стороной договора, предусмотренного в коносаменте, и, следовательно, стороной договора, регулируемого английским правом.

Я действительно должен зафиксировать, что судье было сказано, что были другие споры, касающиеся причинения аналогичного ущерба судам, который, как заявлялось, был причинен загруженной в Ванкувере серой; но больше ничего он о них не знал.

(2) Решение судьи Стогтона.

Судья подошел к заявлению «Cansulex» в данном деле следующим образом.

Сделав вывод о наличии убедительной доказуемой позиции о том, что судовладельцы и «Cansulex» были сторонами договора, регулируемого английским правом, он затем перешел к рассмотрению того, было ли доказано, что данное дело, с точки зрения дискреционных полномочий, допускало вручения повестки за пределами юрисдикции. Сначала он сослался на решение настоящей Палаты по делу «Amin Rasheed Shipping Corporation v. Kuwait Insurance Co.» [1984] А.С. 50, и, в частности, на некоторые извлечения (которые я процитирую ниже) из речей по данному делу Лорда Диплока, параграф 65, и лорда Уилберфорса, параграф 72, а также на предполагаемый конфликт между этими двумя извлечениями; но после решения Апелляционного суда по делу «Ilyssia Compania Naviera S.A. v. Bamaodah» [1985] 1 Lloyd's Rep. 107, он пришел к заключению о том, что предполагаемый конфликт был скорее видимым, чем реальным, и что для него было уместно применить критерий, который состоял в том, что, если показано, что английский суд явно лучше подходит для целей правосудия, то дело допускает вручения повестки за пределами юрисдикции. Далее он заявил:

«Рассматривая возможность осуществления права усмотрения, я должен, конечно, предположить, что иск по «Spiliada» в конечном итоге дойдет до слушания в Англии или в Канаде. На самом деле, мне это кажется невероятным. Думаю, что после того, как разбирательство по «Cambridgeshire» завершится, причем с огромными затратами денег, времени и сил, у сторон спора по «Spiliada» не будет особого интереса к судебным разбирательствам и они придут к компромиссу. «Cansulex» фигурирует в качестве ответчика в обоих делах и в настоящее время ее интересы представляют одни и те же солиситоры и адвокаты. Судовладельцы-истцы, конечно, в данных двух исках разные, но их тоже представляют одни и те же солиситоры и адвокаты, и, возможно, их поддерживают те же страховщики. Поэтому я подозреваю, что, на самом деле, я принимаю решение не о том, где в конечном итоге будет рассматриваться дело «Spiliada», а о том, что соглашение будет достигнуто на фоне ожидающего рассмотрения разбирательства в Англии или ожидающего рассмотрения разбирательства в Канаде. Тем не менее, именно перспектива судебного разбирательства санкционирует достижение соглашения, и, по моему мнению, я должен принять решение по данному заявлению, исходя из предположения о том, что судебное разбирательство состоится».

В отношении иска по «Cambridgeshire» это оказалось пророческим наблюдением. Поскольку 13 января 1985 г. стороны данного иска урегулировали свои разногласия. Более того, его мысль о том, что «возможно, их [судовладельцев] поддерживают те же страховщики», наверняка пришла в голову другим опытным практикующим бизнесменам, и предварительный вывод судьи о том, что и «Cambridgeshire», и «Spiliada» были включены в один и тот же клуб взаимного страхования был подтвержден перед вашими светлостями; действительно, солиситоры, действовавшие от имени судовладельцев в обоих делах, инициировали разбирательство против ряда канадских экспортеров серы, включая «Cansulex», от имени различных судовладельцев, входящих в один и тот же клуб взаимного страхования.

Затем судья перешел к рассмотрению различных факторов, которые, как утверждалось, повлияли на выбор между английским и канадским судом. Мне не нужно перечислять их все. Самыми важными были (1) доступность свидетелей, (2) множественность судебных разбирательств и (3) вопрос, сочтенный судьей решающим, который я называю фактором «Cambridgeshire» и который касается подготовки к очень существенному разбирательству.

По поводу доступности свидетелей судья сказал следующее:

«Помимо данных вопросов, после 15-дневного выслушивания вступительной речи в судебном процессе по «Cambridgeshire» у меня сложилось немного более четкое представление о том, какой, скорее всего, будет сравнительная значимость вопросов. Основные или наиболее важные события по делу произошли в Ванкувере, но многие важные события произошли во многих других местах. Самые важные свидетели по вопросам фактов будут от «Cansulex» и других концернов из Ванкувера, а также офицеры корабля. Но, скорее всего, будет очень много свидетелей из других мест. На основе заявлений по делу «Cambridgeshire» я пришел к выводу о том, что с точки зрения количества свидетелей/часов события в Ванкувере, скорее всего, будут самыми серьезными во время разбирательства. Я больше не убежден в том, что это было правильно, даже если не принимать во внимание показания экспертов. Разумеется, будет очень много доказательств, касающихся событий, которых не было в Ванкувере. Что касается свидетелей-экспертов, мне сказали, что в деле «Cambridgeshire» все, кроме одного – англичане. Но, как я тогда сказал, эксперты могут путешествовать или быть заменены другими экспертами.

Верно, что истец по «Cambridgeshire» – английская компания, а судно – британское, тогда как истцы по «Spiliada» – либерийцы, как и их судно; и их менеджеры находятся в Греции, хотя в некоторой части управление осуществляется в Англии. Это означает, что иск по «Spiliada» имеет гораздо меньше связи с Англией, но это не создает для него сколько-нибудь более значительную связь с Ванкувером. Верно также и то, что два свидетеля по иску «Cambridgeshire» отказываются приезжать в Англию для дачи показаний, поэтому их показания придется принимать в Северной Америке. Тем не менее, я прихожу к очевидному выводу о том, что Ванкувер, в целом, не является более подходящим местом для судебного разбирательства, чем Англия, с точки зрения удобства свидетелей. Действительно, если предположить, что стороны пожелают привлечь тех же экспертов, что и в «Cambridgeshire», я бы сказал, что факт большей пригодности Англии будет доказан».

Я должен добавить, что судья был неправ, полагая, что по делу «Cambridgeshire» все эксперты, кроме одного, были англичанами; фактически, два эксперта ответчиков из Англии и четверо – из других государств (один из Канады, один из США и два из Европы, из Скандинавии и Греции). На это было обращено внимание судьи в конце его решения. Затем судья заявил, что он, однако, не считает данную разницу значительной; несомненно, он имел в виду, что все эксперты владельцев были из Англии.

Далее, переходя к вопросу о множественности судебных разбирательств, он сослался на факты о том, что «Cansulex» желала привлечь своих страховщиков и, возможно, другие стороны в качестве третьих лиц, что она могла сделать только в Канаде, и что судовладельцы хотели привлечь «M.M.T.C.» в качестве соответчиков с «Cansulex», что, очевидно, было бы разумным образом действий, если бы это было возможно. Что касается первого, он придал ему такой же вес, как и в заявлении по «Cambridgeshire»; что касается последнего, он придал меньше веса, потому что, в то время как соответствующие фрахтователи стали соответчиками в иске по «Cambridgeshire», в данном деле (думаю, после лоббирования с обеих сторон) он почувствовал, что должен признать цель судовладельцев в части привлечения «M.M.T.C.» проблематичной.

Переходя к фактору «Cambridgeshire», который он считал решающим, судья сказал следующее:

«Но, в конце концов, мне кажется важным вот что. Г-н Эванс утверждает, что «Cansulex», которой однажды пришлось столкнуться с трудностями и расходами, связанными с доставкой сюда своих свидетелей и руководителей высшего звена, больше не должна нести это бремя. Г-н Рокисон отвечает, что судебный процесс не похож на сезон по футболу или крикету, когда один матч проводится дома, а другой – на выезде. Проблема с такой привлекательной аналогией или метафорой в том, что они, так сказать, отвлекают внимание от мяча. В самом деле, если бы все остальные условия совпадали, я был бы склонен постановить, что беспристрастное правосудие было бы отправлено самым лучшим образом, если бы один иск рассматривался здесь, а другой – в Канаде. Но все остальные условия далеки от совпадения. Солиситоры истца сделали все распоряжения и произвели все расходы на судебное разбирательство по одному иску в Англии; они привлекли английских адвокатов и обучили их различным аспектам, по которым будут истребованы показания экспертов; они наняли английских свидетелей-экспертов; и они собрали огромное количество документов. Они также, без сомнения, хорошо разобрались в вопросах, поднимаемых иском. Все это также было сделано от имени «Cansulex», за исключением того, что один из их свидетелей-экспертов является канадцем. Если они теперь хотят снова начать процесс в Канаде, значит таков их выбор. Но мне кажется, что дополнительные неудобства и расходы, которые были бы возложены на истцов, если бы данный иск рассматривался в Канаде, намного перевешивают бремя, которое легло бы на «Cansulex», если бы им пришлось во второй раз привозить сюда своих свидетелей и руководителей высшего звена.

Мое решение по заявлениям в деле «Cambridgeshire» могло быть обжаловано, но этого не случилось. Понимаю, что есть ряд существенных моментов, в которых два дела различаются между собой, включая основные, о которых я упомянул. В определенном смысле, для «Cansulex» создались бы сложности, если бы решение, принятое по заявлениям в деле «Cambridgeshire», повлияло на ее заявление в данном деле. Но, по моему мнению, так и происходит в обстоятельствах и по причинам, которые я упомянул. В целом, было бы чрезвычайно неэффективно с точки зрения занятости талантов, расхода усилий и денег, если бы стороны по данному делу были вынуждены начать заново в Канаде. В данном деле допустимо вручение повестки за пределами юрисдикции».

На данном основании судья решил не удовлетворять заявление «Cansulex». Когда он уже подготовил свое решение, ему были представлены доказательства от имени судовладельцев в отношении релевантного срока исковой давности, применимого в Британской Колумбии. Выяснилось, что данный срок составлял два года и истек к ноябрю 1982 г., задолго до слушания заявления «Cansulex» судьей. Судовладельцы хотели исходить из данного момента, очевидно, на основе того, что возврат дела в Британскую Колумбию лишил бы их допустимого юридического преимущества в данном государстве. Однако судья, уже придя к выводу о том, что иск следует рассматривать здесь, независимо от точки отсчета времени, не счел необходимым рассматривать данный вопрос.

(3) Решение Апелляционного суда

В Апелляционном суде Лорд-судья Нил (который представил первое решение) сослался на речь Лорда Диплока в деле «Hadmor Productions Ltd. v. Hamilton» [1983] 1 A.C. 191, 220, и он вместе с Лордом-судьей Оливером сослался на речь моего благородного и ученого друга Лорда Брэндона из Оукбрука в деле «the Abidin Daver» [1984] A.C. 398, 420, в котором приводятся ограниченные основания, на основе которых апелляционный суд может вмешиваться в осуществление дискреционных полномочий судьи первой инстанции. Как и судья, они также считали себя связанными решением Апелляционного суда по делу «Ilyssia» [1985] 1 Lloyds' Rep. 107 в части признания различия между речами Лорда Диплока и Лорда Уилберфорса в деле «Amin Rasheed» [1984] A.C. 50 скорее видимым, чем реальным. Лорд-судья Нил рассмотрел оценку судьей различных факторов следующим образом. Что касается доступности свидетелей, ему показалось, что даже во время собственного анализа фактов судьи удобство для сторон и свидетелей, вероятно, склоняло чашу весов в сторону Британской Колумбии как места рассмотрения спора, но, конечно же, это не показывало, что английский суд был «явно более подходящим для целей правосудия». В вопросе о множественности судебных разбирательств он посчитал существенной критику г-на Голдсмита (советника «Consulex») по поводу того, что это было в лучшем случае нейтральным фактором и, конечно, не сильно опустило чашу весов на стороне Англии. В вопросе о релевантности фактора «Cambridgeshire», даже отвергая первичное утверждение г-на Голдсмита о том, что судебный процесс по «Cambridgeshire» не имеет никакого значения, он посчитал , что судья придал ему слишком большое значение. Он заявил:

«Тот факт, что лондонские солиситоры, которые действуют в настоящее время, являются очень известными фирмами, и далее тот факт, что члены данных фирм приобрели подробные знания об отправке грузов серы из Ванкувера, являются указателями на судебное разбирательство в Англии, но не должны рассматриваться как решающие, если другие факторы склоняют чашу весов в другую сторону».

Он постановил, что невозможно сделать вывод о том, что релевантные факторы, если их рассматривать в совокупности, показывают, что английский суд явно лучше подходит для целей правосудия. При данной точки зрения в отношении дела ему стало необходимо рассмотреть влияние существовавшего в Британской Колумбии срока исковой давности. В этом вопросе он принял точку зрения Лорда-судьи Оливера о том, что существование срока исковой давности было нейтральным фактором. Поэтому он решил удовлетворить апелляцию.

Как и Лорд-судья Нил, Лорд-судья Оливер признал, что они были обязаны следовать решению Апелляционного суда по делу «Iiyssia», на основании которого он считал правильным следовать точке зрения лорда Уилберфорса в деле «Amin Rasheed»; и поэтому он не согласился с утверждением мистера Голдсмита, выступавшего на стороне «Cansulex», о том, что судья предложил неправильный критерий. Затем он рассмотрел вопрос об использовании права усмотрения судьи. Он подробно рассмотрел проведенную судьей оценку вопроса о доступности свидетелей и указал на то, что судья исходил из ошибочного предположения о том, что все эксперты по делу «Cambridgeshire» были англичанами. Далее он выразил мнение о том, что предполагаемые преимущества Англии как места рассмотрения спора в данном отношении гораздо менее очевидны, чем, судя по всему, показалось судье. По его мнению, самое лучшее, что можно было бы поставить на сторону судовладельцев, – это то, что фактор удобства для свидетелей был нейтральным. Затем он рассмотрел вопрос о множественности судебных разбирательств и отверг критику подхода судьи, так как ему казалось, что данный момент сыграл нейтральную роль в решении судьи. Переходя к фактору «Cambridgeshire», он очень критически отнесся к подходу судьи. Он резюмировал основную критику г-на Голдсмита следующим образом:

«Но в рамках судебной экспертизы г-н Голдсмит спросил, что в этом есть помимо того, что, по сути, говорят истцы: «для наших собственных целей и в силу того, что это удобно, мы хотим и дальше пользоваться услугами конкретных юрисконсультов и экспертов, которые, так уж получилось, проживают и практикуют в Англии. Поэтому наше желание сохранить английских юрисконсультов превращает Англию в более уместное место рассмотрения спора».

Лорд-судья Оливер принял данную критику как обоснованную. Он пришел к выводу о том, что, придав иску по «Cambridgeshire» решающий и убедительный вес, судья допустил ошибку на уровне принципа.

Наконец, Лорд-судья Оливер рассмотрел влияние существовавшего в Британской Колумбии срока исковой давности. Он пришел к выводу о том, что срок исковой давности сам по себе не является фактором, который должен одержать верх. Сложность аргумента судовладельцев о том, что, направив дело на рассмотрение в Британскую Колумбию, они были бы лишены законного юридического преимущества (в Англии срок исковой давности для судебного процесса не истек), заключалась в том, что то, что было преимуществом для одной стороны, должно стать неудобством для другой. Это, конечно, указывает на то, что срок исковой давности следует рассматривать как нейтральный фактор. Даже если после решения судьи Шина по «The Blue Wave» [1982] 1 Lloyd's Rep. 151 его следовало рассматривать как фактор, из которого могли исходить судовладельцы как истцы, если только они не действовали необоснованно, допуская истечение срока давности в соответствующей иностранной юрисдикции, это не могло принести пользу судовладельцам в данном деле, так как с их стороны не было представлено никаких доказательств, дающих удовлетворительное объяснение того, почему не было предпринято никаких шагов для выяснения содержания законодательства Британской Колумбии. Более того, фактор срока исковой давности в Британской Колумбии ни при каких обстоятельствах не мог быть решающим, так как доказательства показали, что судовладельцы имели возможность подать иск против «Cansulex» в Федеральный суд любой провинции Канады. Соответственно, соглашаясь с Лордом-судьей Нилом, он решил, что апелляция «Cansulex» должна быть удовлетворена.

(4) Позиции, представленные адвокатами

Вашим светлостям судовладельцы заявили, что Апелляционный суд, согласившись с тем, что судья применил правильный критерий, вышел за рамки своих ограниченных полномочий по проверке исполнения судьей права усмотрения. Настоящая причина их вмешательства заключалась в том, что он не согласился с той значимостью, которую судья придавал фактору «Cambridgeshire», и, как они заявили, проявил чрезмерную проницательность, обнаружив ошибку, которая позволила бы им заменить его право усмотрение своим. С другой стороны, от имени «Cansulex» заявлялось, что Апелляционный суд имел полное право вмешаться в осуществление судьей своего права усмотрения, в основном по указанным ими причинам; но далее утверждалось, что в любом случае и судья, и Апелляционный суд должны были применить более строгий критерий, изложенный в извлечении из речи Лорда Диплока по делу «Amin Rasheed» [1984] A.C. 50, 68, который при правильном применении, безусловно, должен был привести к вынесению того же определения, что и было вынесено Апелляционным судом.

При рассмотрении позиции адвокатов, за помощь которых я очень благодарен, необходимо пересмотреть применимые принципы. Я говорю так по двум причинам. Во-первых, поскольку нижестоящие суды были обеспокоены очевидными различиями между наблюдениями Лорда Диплока и Лорда Уилберфорса по делу «Amin Rasheed», думаю было бы желательно, чтобы данная Палата сейчас разрешила данные разногласия. Во-вторых, поскольку вопрос о релевантности срока исковой давности сейчас возникает в ряде дел, в том числе в данном деле, желательно, чтобы данная Палата дополнительно рассмотрела актуальность того, что было названо «законным личным или юридическим преимуществом» с особым упором на сроки исковой давности. Но, в любом случае, по данному вопросу правовая основа все еще продолжает развиваться; и, возможно, уместно пересмотреть позицию на данном этапе и, в частности, более подробно рассмотреть взаимосвязь между делами, в которых правильность юрисдикции была обоснована в силу права благодаря вручению повестки ответчику в пределах юрисдикции, но ответчик хочет приостановления разбирательства на основе forum non conveniens, и делами, в которых суду предлагается осуществить свое право усмотрения и выдать разрешение на вручение повестки ответчику за пределами юрисдикции в соответствии с Приказом 11 Правил Верховного суда.

(5) Фундаментальный принцип

В делах, где юрисдикция была обоснована в силу права, то есть когда в данном государстве ответчику вручена повестка в рамках юрисдикции, ответчик может теперь обратиться в суд с заявлением об осуществлении им своего права усмотрения на приостановление разбирательства на том основании, которое обычно называют forum non conveniens. Данный принцип давно признан в праве Шотландии; но в данном государстве он был признан сравнительно недавно. В деле «The Abidin Paver» [1984] A.C. 398, 411, Лорд Диплок заявил, что в данном вопросе право Англии и Шотландии теперь можно рассматривать как неотличимые. Следовательно, уместно рассматривать классическое заявление Лорда Киннера в деле «Sim v. Robinow» 1892 19 R. 665 как выражение принципа, теперь применимого в обеих юрисдикциях. В параграфе 668 он заявил:

«... заявление стороны дела никогда нельзя поддерживать, если суд не убедится в том, что существует какой-либо другой компетентный суд, в котором дело может быть рассмотрено более надлежащим образом в интересах всех сторон и для целей правосудия».

С более ранними изложениями данного принципа, сформулированными похожим образом, можно ознакомиться в деле «Longworth v. Hope» 1865 3 M. 1049, 1053 за авторством Лорда-президента Макнила и в деле «Clements v. Macaulay» 1866 4 M. 583, 592 за авторством Лорда-судьи-клерка Инглиса; а более современное изложение, тоже сформулированное похожим образом, можно найти в деле «Societe du Gaz de Paris v. Societe Anonyme de Navigation "Les Armateurs Francais,"» 1926 SC (HL) 13, параграф 22, за авторством Лорда Самнера.

Чувствую себя обязанным сказать, что сомневаюсь, что латинская цитата forum non conveniens подходит для описания данного принципа. Ведь вопрос заключается не в удобстве, а в том, является ли соответствующая юрисдикция пригодной или уместной. Однако латинская цитата (которая иногда приводится как forum non conveniens, а иногда как forum conveniens) настолько широко используется для описания данного принципа не только в Англии и Шотландии, но и в других юрисдикциях Содружества, а также в Соединенных Штатах, что, вероятно, имеет смысл сохранить ее. Но самое важное - это не позволить, чтобы она вводила нас в заблуждение, заставляя думать, что рассматриваемый вопрос касается «простого практического удобства». Такое предложение было категорически отвергнуто Лордом Киннером в деле «Sim v. Robinow» 1892 19 R. 65, параграф 668, и Лордом Данидином, Лордом Шоу из Дамферлина и Лордом Самнером в деле «Societe du Gaz» 1926 SC (HL) 13, параграфы 18, 19 и 22 соответственно. Лорд Данидин заявил (в параграфе 18), ссылаясь на выражения forum non competens и forum non conveniens:

«На мой взгляд, термин «компетентный» так же плох в качестве перевода для «competens», как и «удобный» – для «conveniens». Правильным переводом для данных латинских слов, насколько это касается данного заявления стороны дела, является термин «уместный».

Лорд Самнер (в параграфе 22) сослался на фразу, использованную Лордом Коуэном в деле «Clements v. Macaulay» 1866 4 M. 583, 594, а именно «удобнее и предпочтительнее для обеспечения целей правосудия», и заявил следующее:

«... нельзя думать об удобстве отдельно от удобства истца, ответчика или суда, а удобство всех трех сторон, как показывают дела, не имеет большого или вообще не имеет никакого значения. Если читать его как «более удобный, то есть предпочтительный для обеспечения целей правосудия», думаю, что истинный смысл доктрины достигнут. В словах «forum non conveniens» цель состоит в том, чтобы найти такое место рассмотрения спора, которое лучше подходит для целей правосудия и является предпочтительным, так как предъявление иска в данном месте рассмотрения спора с большей вероятностью обеспечит достижения данных целей».

В свете данных авторитетных заявлений из шотландской доктрины я не могу не подумать о том, что разумнее избегать использования слова «удобство» и предпочтительнее, как это сделал Лорд Данидин, говорить об уместном месте рассмотрения спора (appropriate forum).

(6) Как применяется принцип в случаях приостановления производства

Когда данный принцип был впервые признан в Англии, что произошло (после прорыва в деле «The Atlantic Star» [1974] AC 436) в деле «MacShannon v. Rockware Glass Ltd.» [1978J AC 795, нельзя говорить о том, что члены Судебного комитета данной Палаты говорили в один голос. Это не удивительно; потому что закон по данной теме находился тогда на ранней стадии еще не завершившегося развития. Основную речь произнес Лорд Диплок. Он изложил данный вопрос следующим образом в параграфе 812:

«Для оправдания приостановления должны быть выполнены два условия, одно положительное, а другое отрицательное: (а) ответчик должен убедить суд в том, что существует другое место рассмотрения спора, юрисдикции которого он подчиняется и в котором может быть отправлено правосудие между сторонами с существенно меньшими неудобствами или расходами, и (b) приостановление не должно лишать истца законного личного или юридического преимущества, которое было бы ему доступно, если бы он сослался на юрисдикцию английского суда».

Данная выдержка неоднократно цитировалась в последующих делах, которые рассматривались в Палате ваших светлостей. Тем не менее, думаю, что Лорд Диплок сам рассматривал данную выдержку не как непреложное заявление по вопросу права, а скорее как предварительное утверждение на ранней стадии периода разработки. Я говорю так по трем причинам. Во-первых, сам лорд Диплок впоследствии признал, что сам факт существования «законного личного или юридического преимущества» истца в английской юрисдикции не будет иметь решающего значения: см. дело «The Abidin Daver» [1984] 1 A.C. 398, 410, в котором он признал, что необходимо найти баланс. Во-вторых, Лорд Диплок впоследствии также признал, что в настоящее время не следует проводить различий между шотландским и английским правом по данному вопросу, и что теперь можно говорить о том, что английское право приняло шотландский принцип forum non conveniens: см. «The Abidin Daver» [1984 ] 1 A.C. 398, 411. Поэтому сейчас необходимо иметь в виду шотландские судебные решения; и в данной связи я, в частности, имею в виду не только изложения фундаментального принципа, но еще и решение Палаты ваших светлостей по делу «Societe du Gaz» 1926 SC (HL) 13. В-третьих, необходимо сыграть ноту осторожности в отношении того значения, которое придается «законному личному или юридическому преимуществу» истца, принимая во внимание решение Палаты ваших светлостей по делу «Trendtex Trading Corporation v. Credit Suisse» [1982] A.C. 679, в котором ваши светлости единогласно одобрили решение судьи первой инстанции об осуществлении своего права усмотрения и приостановлении иска, предъявленного в данном государстве в ситуации, когда есть другое уместное место рассмотрения спора, то есть Швейцария, для судебного разбирательства по иску, даже если этим он лишил истцов важного преимущества, а именно более великодушной английской процедуры предъявления доказательств в деле, связанном с обвинениями в мошенничестве против ответчиков.

На мой взгляд, с учетом судебных решений (включая, в частности, судебные решения из Шотландии), в настоящее время закон можно резюмировать следующим образом.

(1) Основной принцип заключается в том, что приостановление может быть осуществлено на основании forum non conveniens только в случае если суд убедится в том, что есть какое-нибудь другое доступное место рассмотрения спора с компетентной юрисдикцией, которое является подходящим местом рассмотрения спора для судебного разбирательства по иску, т.е. в котором дело может быть рассмотрено более надлежащим образом в интересах всех сторон и для целей правосудия.

(2) Как обозначено в формулировке данного принципа за авторством лорда Киннера, в целом бремя доказывания возлагается на ответчика, который должен убедить суд, что ему следует осуществить свое право усмотрения и разрешить приостановление (см., например, дело «Societe du Gaz», 1926 S.C.(H.L.) 13, 21, лорда Самнера, а также «Anton's Private International Law» (1967), стр. 150). Однако важно помнить, что каждая сторона будет стремиться установить наличие определенных моментов, которые помогут ей убедить суд осуществить свое право усмотрения в ее пользу, и что в отношении любого такого момента бремя доказывания будет лежать на стороне, заявляющей о его существовании. Более того, если суд убедится в том, что есть еще одно доступное место рассмотрения спора, которое при отсутствии доказательств обратного (prima facie) является уместным местом рассмотрения спора для судебного разбирательства по иску, бремя затем переходит на истца, который должен показать, что существуют особые обстоятельства, в силу которых правосудие требует, чтобы разбирательство все же проводилось в данном государстве (см. пункт (f) ниже).

(3) Если вопрос в том, существует ли какое-то другое место рассмотрения спора, которое является уместным местом рассмотрения спора для судебного разбирательства по иску, имеет смысл спросить, будет ли факт того, что истец, допустим (ex hypothesi), обосновал юрисдикцию в силу права в соответствии с законом данного государства, сам по себе давать истцу преимущество в том смысле, что английский суд не будет слегка нарушать установленную таким образом юрисдикцию. Судя по всему, именно таков закон в Соединенных Штатах, где «суд сомневается, следует ли вмешиваться в выбор истца в отношении места рассмотрения спора, и не сделает этого, если баланс факторов не будет иметь решительного крена в пользу ответчика»: см. «Conflict of Laws» Скоулса и Хэя (1982), стр. 366 и цитируемые там дела; а также в Канаде, где было заявлено (см. «Conflict of Laws» Кастеля (1974), стр. 282), что «если баланс не будет иметь решительного крена в пользу ответчика, выбранное истцом место рассмотрения спора не следует часто нарушать». Это убедительно. Однако Соединенные Штаты и Канада являются федеративными государствами; и, когда выбор стоит между конкурирующими юрисдикциями в пределах федеративного государства, легко понять, что преобладающее предпочтение должно быть отдано месту рассмотрения спора, которое выбрано истцом и юрисдикция которого обеспечена конституцией государства, в которое входят обе альтернативные юрисдикции.

Более нейтральную позицию занял Лорд Самнер в деле «Societe du Gaz», 1926 S.C. (H.L.) 13, 21, в котором он заявил следующее:

«По состоянию на данный момент достигнуто лишь то, что бремя доказывания лежит на ответчике, который должен поддержать такое заявление стороны дела. Не вижу никаких презумпций в пользу истца».

Однако считаю правильным отметить, что данное замечание сделано в контексте дела, в котором юрисдикция была обоснована истцом путем ссылки на шотландский принцип, согласно которому в личных исках исключительная юрисдикция может быть обоснована местом ареста имущества ответчика в пределах шотландской юрисдикции. Более того, есть дела, в которых ни одно определенное место рассмотрения спора нельзя назвать естественным местом рассмотрения спора для судебного разбирательства по иску. Такие дела особенно вероятны в коммерческих спорах, где могут быть указатели на ряд различных юрисдикций (см., например, «European Asian Bank A.G. v. Punjab and Sind Bank» [1982] 2 Lloyd's Rep. 356), или в морском праве, в случае столкновений в открытом море. Не вижу причин, по которым английский суд не должен отказать в разрешении на приостановление в таком деле, если юрисдикция была обоснована в силу права. Важно то, что во всех ведущих английских делах, в которых вынесено решение о приостановлении, было другое явно более уместное место рассмотрения спора: в «The Atlantic Star» [1974] A.C. 436 (Бельгия); в «MacShannon» [1978] A.C. 795 (Шотландия); в «Trendtex» [1982] A.C. 679 (Швейцария); и в «The Abidin Daver» [1984] A.C. 398 (Турция). На мой взгляд, бремя на ответчике состоит не только в том, чтобы показать, что Англия не является естественным или уместным местом рассмотрения спора для судебного разбирательства, но и в том, чтобы установить, что существует другое доступное место рассмотрения спора, которое явно или определенно более уместно, чем английское место рассмотрения спора. Таким образом уделяется должное внимание тому факту, что английская юрисдикция обоснована в силу права (см. дело «MacShannon» [1978] A.C. 795, Лорд Сэлмон); и есть еще одно дополнительное преимущество, которое заключается в том, что по вопросу, где важна вежливость, похоже, среди основных юрисдикций общего права будет достигнут широкий консенсус. Могу добавить, что, если в каком-нибудь деле связь ответчика с английским местом рассмотрения спора является хрупкой (например, если ему вручена повестка во время короткого визита в данное государство), ему должно быть еще проще доказать, что существует другое явно более уместное место рассмотрения спора для судебного разбирательства за границей.

(4) Поскольку вопрос заключается в том, существует ли какое-либо другое место рассмотрения спора, которое явно более уместно для судебного разбирательства по иску, суд сначала рассмотрит, какие есть факторы, указывающие в направлении другого места рассмотрения спора. Данные факторы лорд Диплок описал в деле «MacShannon» [1978] A.C. 795, 812 как указывающие на то, что правосудие может быть отправлено в другом месте рассмотрения спора с «гораздо более меньшими неудобствами или расходами». Принимая во внимание беспокойство, выраженное в Палате ваших светлостей в деле «Societe du Gaz», 1926 SC (HL) 13 по поводу использования слова «удобство» в данном контексте, я со всем уважением считаю, что это может быть более желательным теперь, когда английский и шотландский принципы считаются одинаковыми, и принять выражение, использованное моим благородным и ученым другом Лордом Кейтом из Кинкеля в деле «Abidin Daver» [1984] A.C. 398, 415, в котором он обозначил «естественное место рассмотрения спора» как «то, с чем иск имеет наиболее реальную и существенную связь». Таким образом, суд прежде всего должен искать связующие факторы в данном смысле; и они будут включать в себя не только факторы, влияющие на удобство или расходы (например, доступность свидетелей), но и другие факторы, например закон, регулирующий соответствующую сделку (в этой части см. «Credit Chimique v. James Scott Engineering Group Ltd.» 1982 S.L.T. 131), а также места, где стороны соответственно проживают или осуществляют свою деятельность.

(5) Если на данной стадии суд приходит к выводу о том, что нет другого доступного места рассмотрения спора, которое явно более уместно для судебного разбирательства по иску, он обычно отказывает в приостановлении; см., например, решение Апелляционного суда по делу «European Asian Bank A.G. v. Punjab and Sind Bank» [1981] 2 Lloyd's Rep. 651. Трудно представить себе обстоятельства, когда в таком деле может быть вынесено решение о приостановлении.

(6) Однако, если на данном этапе суд приходит к выводу о том, что есть какое-нибудь другое доступное место рассмотрения спора, которое при отсутствии доказательств обратного (prima facie) явно более уместно для судебного разбирательства по иску, он обычно выносит решение о приостановлении, если нет обстоятельств, в силу которых правосудие требует, чтобы решение о приостановлении все же не выносилось. В ходе данного исследования суд рассмотрит все обстоятельства дела, включая обстоятельства, выходящие за рамки тех, которые были приняты во внимание при рассмотрении факторов связи с другими юрисдикциями. Одним из таких факторов может быть тот факт (если он объективно установлен убедительными доказательствами), что истец не добьется правосудия в иностранной юрисдикции; см. дело «The Abidin Daver» [1984] 1 A.C. 398, 411, Лорд Диплок, выдержка, которая теперь ясно показывает, что в отношении данного исследования бремя доказывания переносится на истца. Насколько другие преимущества для истца в судебном разбирательстве в данном государстве могут иметь значение в данной связи, я рассмотрю на более позднем этапе.

(7) Как данный принцип применяется в делах, в которых суд осуществляет свое право усмотрения в соответствии с Приказом 11 Правил Верховного суда

Как я уже указывал, очевидное различие во взглядах можно найти в речах Лорда Диплока и Лорда Уилберфорса по делу «Amin Rasheed» [1984] A.C. 50. В данном деле лорд Диплок в параграфах 65-66 заявил следующее:

«... юрисдикция, осуществляемая английским судом в отношении иностранной корпорации, у которой нет места осуществления хозяйственной деятельности в данном государстве, в результате выдачи разрешения согласно правилу r.l(l)(f) Приказа 11 Правил Верховного суда для вручения данной корпорации судебного приказа за пределами юрисдикции, представляет собой избыточную юрисдикцию, т.е. это такая юрисдикция, которую в соответствии с общими английскими коллизионными правилами английский суд не признал бы принадлежащей любому иностранному суду в отсутствие какого-либо договора, предусматривающего такое признание. Таким образом, вежливость диктует, что судебное усмотрение на выдачу разрешения в соответствии с данным параграфом правила l(l) Приказа 11 Правил Верховного суда следует осуществлять осмотрительно в делах, где есть альтернативное место рассмотрения спора, а именно суды иностранного государства, в котором предполагаемый ответчик действительно осуществляет хозяйственную деятельность, и чья юрисдикция была бы признана в соответствии с английскими правилами коллизионного права».

Вновь, в параграфе 68 он заявил:

«... ответственность по правилу 4(2) Приказа 11 Правил Верховного суда в части того, чтобы оказалось «достаточно, чтобы у суда создалось впечатление о том, что дело допускает вручения повестки за пределами юрисдикции в соответствии с данным приказом», лежит на потенциальном истце. Отказ в выдаче разрешения в деле, подпадающем под действие правила l(l)(f), не лишает его возможности добиться правосудия, так как, допустим (ex hypothesi), есть альтернативное место рассмотрения спора, суды государства, в котором предполагаемый ответчик имеет место осуществления хозяйственной деятельности, где был заключен договор, который был бы признан английскими судами как имеющий юрисдикцию в отношении предмета спора, и чье решение было бы исполнено в Англии.

«Попытка выхода за пределы юрисдикции исключительно на основе правила l(l)(f)(iii) представляет собой важный фактор, который следует добавить на весы на стороне против выдачи разрешения. Можно найти что-нибудь более весомое, чем данный фактор, если потенциальный истец сможет убедить английский суд в том, что правосудие не могло быть им достигнуто в другом месте рассмотрения спора или могло быть достигнуто только за счет слишком высокой цены, задержки или неудобства».

Лорд Уилберфорс, напротив, в параграфе 72 заявил:

«В правиле 1 Приказа 11 Правил Верховного суда просто констатируется, что с учетом обозначенных условий, такое вручение повестки допустимо, и для истца (в данном случае истца по апелляции) по-прежнему необходимо сделать так, чтобы оказалось «достаточно, чтобы у суда создалось впечатление о том, что дело допускает вручения повестки за пределами юрисдикции в соответствии с данным приказом» (правило 4(2)). В правиле не указаны соображения, на основе которых суд должен решить, является ли дело надлежащим, и я не думаю, что мы можем получить большую помощь из дел, в которых подается ходатайство о приостановлении иска, возбужденного в данном государстве, или запрете на возбуждение разбирательства в другом государстве. Ситуации бывают разные: можно сравнить наблюдения Лорда-судьи Стивенсона в деле «Aratra Potato Co. Ltd. v. Egyptian Navigation Co.» (дело «The El Amria») [1981] 2 Lloyd's Rep. 119, 129. Намерение должно заключаться в том, чтобы возложить на истца бремя доказывания убедительных причин того, почему вручение иностранному ответчику судебного приказа с требованием явки в английский суд при данных обстоятельствах должно быть разрешено. При рассмотрении данного вопроса суд должен принять во внимание характер спора, затронутые правовые и практические вопросы, например знание местной специфики, доступность свидетелей, их показания и расходы».

В деле «Ilyssia» [1985] 1 Lloyd's Rep. 107 Апелляционному суду пришлось рассмотреть очевидное различие между двумя подходами, выраженными Лордом Диплоком и Лордом Уилберфорсом. Лорд-судья Акнер устранил различие следующим образом в параграфе 113:

«Г-н Гросс утверждает, что заявление Лорда Диплока предполагалось как исчерпывающее. Если в качестве основы используется исключительно правило l(l)(f)(iii), что-то иное может его перевесить только в случае если потенциальный истец сможет убедить английский суд в том, что либо правосудие не может быть им достигнуто в другом месте рассмотрения спора или может быть достигнуто только за счет слишком высокой цены, задержки или неудобства. Как и судья Стогтон, я не принимаю данное заявление. Когда я читал речь в контексте того дела в целом, Лорд Диплок подчеркивал, что в случае, когда в качестве основы используется исключительно правило l(l)(f)(iii), то бремя доказывания наличия убедительных причин, оправдывающих вручение повестки за пределами юрисдикции, становится особенно тяжелым, и он проиллюстрировал это приведенными им примерами ситуаций, которые могли склонить чашу весов в пользу выдачи разрешения. При таком толковании, как отмечает судья, нет противоречия между утверждениями Лорда Диплока и Лорда Уилберфорса ... Тогда Лорд Уилберфорс указал, что в целях принятия решения о том, является ли дело подходящим, суд должен принять во внимание характер спора, затронутые правовые и практические вопросы, например знание местной специфики, доступность свидетелей, их показания и расходы».

Лорд-судья Мэй высказался аналогичным образом в параграфе 118 отчета. Однако практический эффект был в том, что, как отражено в решении Лорда-судьи Оливера по настоящему делу, заявление о принципе, сделанное лордом Уилберфорсом, было принято в качестве применимого принципа.

С таким выводом я уважительно соглашусь; но я хочу добавить несколько собственных наблюдений. Первое. Лорд Уилберфорс сказал, что по его мнению мы не можем получить большую помощь из дел, в которых подавалось ходатайство о приостановлении иска, возбужденного в данном государстве, или о запрете возбуждения разбирательства в другом государстве; в данной связи он сослался на определенные наблюдения Лорда-судьи Стивенсона в деле «Aratra Potato Co. Ltd. v. Egyptian Navigation Co. (The El Amrla)» [1981] 2 Lloyd's Rep. 119, 129. Будет правильным отметить, что в соответствующей выдержке своего решения по тому делу Лорд-судья Стивенсон лишь выражал осторожность в части приравнивания дел о приостановлении в целях исполнения оговорки об иностранной юрисдикции к делам о приостановлении на основе принципа forum non conveniens, которые подпадают под дело «MacShannon». Сам он не обращался к вопросу о применимых принципах по Приказу 11 Правил Верховного суда, и, разделяя озабоченность лорда Уилберфорса по поводу помощи, которая может быть получена в делах, связанных с Приказом 11, из дел, в которых подается ходатайство о вынесении судебного запрета для ограничения судебных разбирательств в другом государстве, я при всем уважении сомневаюсь в том, что следует выражать схожую озабоченность по поводу помощи, которая может быть получена из дел, связанных с forum non conveniens. Не могу не отметить тот факт, что, когда Лорд Уилберфорс в конце процитированной мной выдержки из своей речи пришел к изложению применимого принципа, его заявление о принципе имеет заметное сходство с принципами, применимыми в делах, связанных с forum non conveniens. Мне кажется неизбежным, что в обеих группах дел вопрос, по сути, должен выглядеть так, как он был сформулирован Лордом Киннером в деле «Sim v. Robinow» 1892 19 R. 665 668, а именно определить место рассмотрения спора, в котором дело может быть рассмотрено надлежащим образом в интересах всех сторон и для целей правосудия. При этом желательно определить различия между двумя группами дел. В данном моменте я вижу три стороны. Во-первых, как указал Лорд Уилберфорс, в делах, связанных с Приказом 11, бремя доказывания возлагается на истца, в то время как в делах, связанных с forum non conveniens, данное бремя возлагается на ответчика. Второй и более фундаментальный момент различия (из которого фактически вытекает первое различие) заключается в том, что в делах, связанных с Приказом 11, истец стремится убедить суд осуществить свое право усмотрения, чтобы разрешить вручение повестки ответчику за пределами юрисдикции. Законодательные органы определили конкретные обстоятельства, при которых может осуществляться данное право, но оставляют на усмотрение суда решение о том, следует ли использовать свое право усмотрения в конкретном деле, при этом предусматривая, что разрешение не должно предоставляться, «если только для суда не создано достаточное впечатление о том, что дело подходит для вручения повестки за пределами юрисдикции» (правило 4(2) Приказа 11 Правил Верховного суда).

В-третьих, именно здесь следует уделить особое внимание тому факту, который Лорд Диплок подчеркнул в деле «Amin Rasheed» [1984] A.C.50, 65, что осуществление юрисдикции в соответствии с Приказом 11 может оказаться «избыточным». Таков закон, причем уже давно. В деле «Societe Generale de Paris v. Dreyfus Brothers» (1885) 29 Ch.D. 239, 292-243, судья Пирсон заявил:

«Возникает очень серьезный вопрос ... следует ли данному суду создавать иностранцу, который здесь никому ничем не обязан, неудобства и беспокойства, вынуждая отстаивать свои права в данном государстве, и я, например, скажу максимально определенно, что на мой взгляд данный суд должен быть чрезвычайно осторожным, прежде чем разрешать вручение судебного приказа за пределами юрисдикции».

Данное заявление впоследствии неоднократно одобрялось, в частности Лордом-судьей Фарвеллом в деле «The Hagen» [1908], параграфы 189, 201, и Лордом Саймондсом в Палате ваших светлостей в деле «Tyne Improvement Commissioners v. Armement Anversois 5.A. (The Brabo)» [1949] A.C. 326, 350. «В результате не просто бремя доказывания возлагается на истца, который должен убедить суд в том, что Англия является уместным местом рассмотрения для слушания иска, но он должен доказать, что это очевидно» Другими словами, бремя, попросту говоря, противоположно тому, которое применимо, когда испрашивается приостановление судебного разбирательства, начатого в данном государстве в силу права.

Но даже в данном случае необходимо сделать небольшое предостережение. Я сам чувствую, что слово «избыточный» в данном контексте – старомодное слово, которое, возможно, несет в себе неуместный оттенок: оно означает не более чем то, что осуществление юрисдикции является экстраординарным в том смысле, который объяснил Лорд Диплок в деле «Amin Rasheed» [1984] A.C. 50, 65. Кроме того, в делах, связанных с Приказом 11, место жительства ответчика может быть не более чем налоговым убежищем, которому не следует придавать особого значения. Также важно отметить, что обстоятельства, указанные в правиле 1(1) Приказа 11 как те, при которых суд может по своему усмотрению выдать разрешение на вручение повестки ответчику за пределами юрисдикции, очень разнообразны, начиная с дел, когда, как можно было бы подумать, право усмотрения обычно осуществлялось бы в пользу выдачи разрешения (например, когда испрашиваемое разрешение представляет собой судебный запрет, предписывающий ответчику совершить или воздержаться от совершения каких-либо действий в пределах юрисдикции), и заканчивая делами, когда выдача разрешения гораздо более проблематична. Кроме того, степень важности, придаваемая конкретным обоснованиям, поднятым истцом, может варьироваться в зависимости от дела. Например, тот факт, что право Англии якобы является надлежащим правом договора, может иметь огромное значение... (как в деле «BP Exploration Co. (Libya) Ltd. v. Hunt» [1976] 1 W.L.R. 788, где, по моему мнению, судья Керр правильно выдал разрешение на вручение повестки г-ну Ханту за пределами юрисдикции); или он может иметь слабое значение, если смотреть в контексте дела в совокупности. В данных обстоятельствах, на мой взгляд, необходимо учитывать как резидентность ответчика или его место осуществления хозяйственной деятельности, так и соответствующее основание, заявленное истцом, как факторы, которые суд должен учитывать в случае принятия решения об осуществлении своего права усмотрения в целях выдачи разрешения; но, следуя этим путем, суд должен придавать таким факторам вес, который он посчитает надлежащим в обстоятельствах дела.

(8) Отношение к «законному личному или юридическому преимуществу»

Очевидно, что сам факт того, что истец имеет такое преимущество в разбирательствах в Англии, не может быть решающим. Как сказал Лорд Самнер о сторонах в деле «Societe du Gaz» 1926 SC (HL) 13, 22:

«Не вижу, как можно с выгодой руководствоваться своими попытками примирить и продвигать интересы обоих данных антагонистов, кроме как в том ироническом смысле, когда говорят, что в интересах обоих, чтобы дело было рассмотрено наилучшим образом и в лучшем суде, и что лучший должен победить».

Действительно, как указал Лорд-судья Оливер в своем решении по настоящему делу, преимущество истца обычно приводит к сопоставимому невыгодному положению ответчика; и простое предоставление истцу его преимущества за счет ответчика несовместимо с объективным подходом, заложенным в заявлении о принципе Лорда Киннера в деле «Sim v. Robinow» [1892] 19 R. 665, 668.

Ключ к решению данной проблемы, на мой взгляд, в основополагающем фундаментальном принципе. Мы должны учитывать, где можно рассмотреть дело «в соответствии с интересами всех сторон и для целей правосудия». Позвольте мне рассмотреть применение данного принципа в отношении преимуществ, которые истец может извлечь из ссылки на английскую юрисдикцию. Типичные примеры: присуждение убытков в более значительном масштабе; более полная процедура предъявления доказательств; полномочие присуждать проценты; более щедрый срок давности. Оговорюсь, что, как правило, я не считаю, будто бы суду следует воздерживаться от вынесения решения о приостановлении производства по делу или от осуществления своего права усмотрения, если сравнивать их с выдачей разрешения по Приказу 11 Правил Верховного суда просто потому, что истец будет лишен такого преимущества, при условии, что суд убедится в том, что правосудие будет отправлено по существу в доступном уместном месте рассмотрения спора. Для примера рассмотрим предъявление доказательств. Мы знаем, что существует целый спектр систем предъявления доказательств, применимых в различных юрисдикциях, от ограниченного предъявления доказательств, доступного в странах гражданского права на европейском континенте, до очень щедрой досудебной процедуры устного предъявления доказательств, применяемой в Соединенных Штатах Америки. Наша процедура находится где-то в середине данного спектра. Несомненно, каждая из данных систем имеет свои достоинства и недостатки; но, если говорить в целом, не вижу, чтобы объективно можно было сказать, что была совершена несправедливость, если сторона, по сути, вынуждена принять одну из данных общепризнанных систем, применимых в уместном иностранном месте рассмотрения спора. В данном аспекте я признаю, что мы, судя по всему, отличаемся от подхода, преобладающего в настоящее время в Соединенных Штатах: см., например, недавнее мнение судьи Кинана по делу «Bhopal» в Окружном суде Южного округа Нью-Йорка, 12 мая 1986 г., когда судебное разбирательство в Нью-Йорке, начатое от имени индийских истцов против «Union Carbide» и проистекающее из трагической катастрофы в Бхопале, было приостановлено (среди прочего) под условием о том, что «Union Carbide» будет обязана представить доказательства в соответствии с моделью Федеральных правил гражданского судопроизводства Соединенных Штатов после соответствующего требования истца. Но в деле «Trendtex» [1982] A.C. 679 данная Палата посчитала правильным, что приостановление производства по делу в данном государстве должно быть разрешено в случае, когда уместным местом рассмотрения спора была Швейцария, даже невзирая на то, что истцы тем самым были лишены преимущества более обширной английской процедуры предъявления доказательств в деле о мошенничестве. Затем рассмотрим масштаб присуждения убытков. Предположим, что две стороны участвовали в дорожно-транспортном происшествии в другом государстве, где оба были резидентами, и где возмещение ущерба присуждается в гораздо менее значительном масштабе, чем в данном государстве. Не думаю, что английский суд при обычных обстоятельствах будет колебаться в вопросе о приостановлении разбирательства, возбужденного одной из них против другой в данном государстве, только потому, что она была бы здесь лишена более высокого присуждения ущерба.

Но базовый принцип требует, чтобы учитывались интересы всех сторон и цели правосудия; и данные соображения могут стать причиной другого вывода в других делах. Например, думаю, что обычно не было бы неправильным позволить, чтобы истец сохранил за собой выгоду обеспечения, полученного в результате возбуждения дела здесь, и в то же время вынести решение о приостановлении разбирательства в данном государстве, чтобы дать возможность провести дальнейшее слушание иска в уместном месте рассмотрения спора. Насколько я понимаю, такой вывод согласуется с тем, как процесс saisie conservatoire применяется в государствах гражданского права; также см. раздел 26 Закона о гражданской юрисдикции и судебных решениях 1982 года, ныне успешно вступивший в силу. Опять же, возьмем для примера дела, связанные со сроками исковой давности. Здесь особая проблема возникает вследствие того, что в английском праве срок исковой давности классифицируется как процессуальный, а не как материальный вопрос. Позвольте мне рассмотреть, как следует применять принцип forum non conveniens в деле, в котором истец начал судебное разбирательство в Англии, где срок его иска не истек, но есть какая-нибудь другая юрисдикция, которая, по мнению суда, явно более уместна для судебного разбирательства по иску, но при этом истец еще не начал судебное разбирательство, а срок исковой давности по его иску уже истек. Теперь рассмотрим несколько экстремальных примеров и предположим, что истец позволил сроку исковой давности истечь в уместной юрисдикции и прибыл сюда просто потому, что он хотел воспользоваться более щедрым сроком исковой давности, применимым в данном государстве; или, предположим, было очевидно, что истец должен был начать судебное разбирательство в уместной юрисдикции, и, тем не менее, он не потрудился оформить в ней судебный приказ; в подобных делах я не считаю, что суду следует колебаться при вынесении решения о приостановлении производства по делу в данном государстве, даже если в результате иск истца неизбежно будет отклонен благодаря защите в форме применения срока исковой давности в уместной юрисдикции. Действительно, сильный теоретический аргумент может быть выдвинут в пользу предположения о том, что при наличии другого явно более уместного места рассмотрения спора для судебного разбирательства по иску, решение о приостановлении должно быть вынесено даже в случае если по иску истца срок исковой давности уже истечет. Но, на мой взгляд, в данном деле должно восторжествовать практическое правосудие. И практическое правосудие требует, чтобы, если суд полагает, что истец действовал разумно, возбудив судебное дело в данном государстве, и что, пусть даже кажется, что (если положить на одну чашу весов срок исковой давности) подходящим местом рассмотрения спора для судебного разбирательства по иску является любое другое место, но не Англия, истец не действовал неразумно, не возбудив судебное разбирательство (например, через вынесение судебного приказа о предоставлении защиты) в той юрисдикции до истечения действующего в ней срока исковой давности, думаю, что было бы несправедливо лишать истца преимущества в виде возбуждения разбирательства до истечения срока исковой давности, действующего в данном государстве. Данный подход согласуется с подходом судьи Шина в деле «The Blue Wave» [1982] 1 Lloyd's Rep. 151. Не следует забывать, что, сделав свою юрисдикцию доступной для истца, даже дискреционную юрисдикцию по Приказу 11 Правил Верховного суда, суды данного государства предоставили истцу возможность возбудить дело здесь; соответственно, если того требует справедливость, суд не должен лишать истца преимущества в форме соблюдения срока исковой давности в данном государстве. Более того, по мере того, как применимые принципы становятся более четко сформулированными и широко известными, подозреваю, что истцам будет все труднее доказывать отсутствие небрежности в данном отношении. Тот факт, что суду было предложено осуществить свое право усмотрения в соответствии с Приказом 11 Правил Верховного суда, а не истец возбудил судебное разбирательство против ответчика в данном государстве в силу права, как я полагаю, имеет значение только для рассмотрения поведения истца в части несоблюдения срока исковой давности в другой релевантной альтернативной юрисдикции. В ситуации, когда применение срока исковой давности в иностранной юрисдикции зависит от ссылки на него ответчиком, в правильном приказе вполне можно предусмотреть условие о выдаче разрешения на приостановление или осуществление права усмотрения в отношении выдачи разрешения на вручение повестки за пределами юрисдикции, согласно которому ответчик должен отказаться от срока исковой давности в иностранной юрисдикции; очевидно, такова практика в Соединенных Штатах Америки.

(9) Применение принципов к фактам настоящего дела

Судья исходил из того, что релевантный критерий заключался в том, что «если будет доказано, что английский суд явно лучше подходит для целей правосудия, то в деле уместно вручение повестки за пределами юрисдикции». Как я полагаю, применимые принципы таковы, как я их сформулировал; и подход судьи соответствовал данным принципам. Поэтому я не могу согласиться со сделанным от имени «Cansulex» утверждением о том, что судья допустил какую-либо существенную ошибку в отношении принципа.

Далее я перехожу к вопросу о том, имел ли Апелляционный суд право вмешиваться в осуществление судьей своего права усмотрения. Во-первых, я принимаю критику оценки судьей фактора доступности свидетелей. Говорилось о том, что он ошибся, полагая, что все свидетели-эксперты «Cansulex» по иску «Cambridgeshire» были из Англии, тогда как на самом деле двое были из Англии, а четверо – из других мест. Однако, как я записал, к этому было привлечено его внимание в конце его решения: затем он принял во внимание истинное положение дел и сказал, что данное различие не имеет значения. Несомненно, в данном наблюдении он имел в виду, что все свидетели-эксперты владельцев по иску «Cambridgeshire» были из Англии. Далее Лорд-судья Нил прокомментировал, что «даже в своем собственном анализе фактов удобство сторон и свидетелей, вероятно, склонило чашу весов в пользу Британской Колумбии как места рассмотрения спора, но определенно не показало, что английский суд был бы «явно более подходящим для целей правосудия». Похожие наблюдения были сделаны Лордом-судьей Оливером. Со своей стороны, я при всем уважении считаю данные комментарии необоснованными. На данном этапе судье не нужно было применять общий критерий, а просто нужно было оценить достоинства конкретного рассматриваемого фактора; и я не могу не подумать о том, что судья, при всем своем опыте, извлеченном из слушания значительной части иска по «Cambridgeshire», был в более хорошей ситуации для оценки данного фактора, чем Апелляционный суд.

Переходя к фактору множественности разбирательств, судья назвал проблематичной возможность того, что «M.M.T.C.» будет привлечена в английское разбирательство в качестве соответчика. В Апелляционном суде г-н Голдсмит от имени «Cansulex» утверждал, что другие разбирательства были в лучшем случае нейтральным фактором и, разумеется, не понизили чашу весов на стороне Англии. Лорд-судья Нил посчитал данную критику убедительной. Но, опять же, судье не нужно было решать, и он не принимал решения о том, что именно данный фактор был решающим в деле. Более того, если (как я думаю) судья придал значение данному фактору, он, по моему мнению, имел на это право. В интересах справедливости можно многое сказать в пользу претензий судовладельцев как к «Cansulex», так и к «M.M.T.C.», которые слушаются в рамках одного и того же процесса; и, учитывая рекомендацию, которую «M.M.T.C.» дали ее солиситоры, существовала вероятность того, что, если будет решено, что дело следует слушать в Англии, «M.M.T.C.», действуя в своих интересах, приняла бы рекомендацию своих солиситоров. Действительно, если это должно было произойти, можно было бы согласиться с тем, что иск «M.M.T.C.» против «Cansulex» следует включить в то же разбирательство, а не рассматривать в лондонском арбитраже в соответствии с арбитражной оговоркой из ??договора купли-продажи.

Но решающим моментом, по мнению судьи, был фактор «Cambridgeshire». Это было определенно расценено Лордом-судьей Нилом как относящееся к делу; и в этом я согласен. Таким образом, критика взгляда судьи на данный фактор добавляет вес, как указал Лорд-судья Нил, указав на то, что, по его мнению, судья придал слишком большое значение данному фактору. Однако при всем уважении, когда я читал решения обоих Лордов-судей, мне показалось, что они недооценили его. Полагаю, что любой, кто участвовал в качестве адвоката в очень тяжелых судебных процессах подобного рода с большим количеством экспертов с обеих сторон и поднятыми сложными научными вопросами, слишком хорошо знает, на что похожа кривая обучения; сколько информации и знаний должно быть и поглощено и поглощается не только юристами, но действительно всей командой, включая как юристов, так и экспертов, когда они узнают о взаимосвязи закона, фактов и научных знаний, принимая во внимание точки зрения, выдвинутые обеими сторонами дела, и у себя в уме определяют важнейшие вопросы, на которых следует сосредоточить внимание, причины, почему они являются важнейшими, а также то, как они должны оцениваться. В настоящем деле судья имеет значительный опыт судебных разбирательств подобного рода и хорошо осведомлен о том, какие затрагиваются моменты. По моему мнению, он имел право занять позицию (что он и сделал) о том, что данный вопрос касался не только преимущества судовладельцев, но еще и представлял собой преимущество, которое не уравновешивалось аналогичным неудобством для «Cansulex», и (что более уместно) далее придерживаться мнения о том, что наличие опытных групп юристов и экспертов, доступных для обеих сторон судебного процесса, которые готовились и боролись по значительной части иска по «Cambridgeshire» для «Cansulex» (среди прочих) с одной стороны и соответствующих владельцев с другой стороны, способствовали бы эффективности, оперативности и экономии; и это могло бы содействовать, на мой взгляд, как оказанию помощи суду в достижении справедливого решения, так и содействию возможности мирового соглашения в настоящем деле. Это не просто вопрос финансового преимущества судовладельцев, как предположил Лорд-судья Оливер; это вопрос, который может и должен быть должным образом принят во внимание в деле такого рода в объективных интересах правосудия.

Только по данным причинам я считаю, что у нас классический пример дела, в котором апелляционный суд просто сформировал другой взгляд на тот вес, который следует придавать различным факторам, и что оно, следовательно, не было уместным делом для вмешательства в осуществление судьей своего права усмотрения. Но, кроме того, есть два других фактора, которые судья мог, но не стал принимать во внимание, в поддержку вывода, к которому он фактически пришел. Во-первых, он, по моему мнению, имел право принимать во внимание при оценке фактора «Cambridgeshire» тот факт, что пусть даже владельцы в данных двух делах были разными, солиситоры владельцев в обоих случаях были проинструктированы одними и теми же страховщиками; и он также имел право принять во внимание, что страховщики судовладельцев в данном деле имеют менеджмент в Англии. Обычно в английских судебных процессах это не становится предметом для беспокойства, потому что по претензиям о суброгации иск в данном государстве (в отличие от других государств) предъявляется от имени застрахованного и подлежащие осуществлению права являются правами застрахованного. Но если в деле подается такое ходатайство как в данном деле, игнорирование того факта, что именно страховщики финансируют судебный процесс и являются хозяевами спора (dominus litis), означает закрывать глаза на реальность; и это, на мой взгляд, релевантный фактор, который следует принимать во внимание (см. дело «Societe du Gaz» 1926 SC (HL) 13, параграф 20, Лорд Самнер). Во-вторых, релевантным фактором было то, что данный судебный процесс велся на основе договора, в котором предполагаемым регулирующим правом было английское право, и что это ни в коем случае не было незначительным фактором в настоящем деле, так как существовал не только спор относительно последствия договора-коносамента (в отношении которого, как я уже зафиксировал, судя по всему, существует некоторое расхождение во мнениях между английскими и канадскими судьями), а также, как представляется, относительно характера обязательств по договору в отношении того, что обычно называют опасным грузом. Однако, если бы судья принял во внимание данные вопросы, они только укрепили бы вывод, к которому он фактически пришел.

(10) Эффект срока исковой давности из Британской Колумбии

Если исходить из сформулированной мной позиции по делу, нет строгой необходимости рассматривать эффект срока исковой давности из Британской Колумбии; но, так как данный момент был полностью обсужден до нас, я предлагаю вкратце высказать мои взгляды на него.

Во-первых, не могу считать, что какую-либо значимость имел тот факт (если бы дело заключалось в этом), что срок исковой давности по иску судовладельцев не истек, если бы он был подан в Федеральные суды Канады в любой провинции помимо Британской Колумбии, и одним из предложений был Федеральный суд, заседающий в соседней Провинции Альберта. В связи с этим я принимаю утверждение судовладельцев о том, что нельзя считать успешную передачу дела в место рассмотрения спора, которое нельзя назвать уместным для судебного разбирательства по иску, совершенной в интересах сторон или в интересах правосудия.

Во-вторых, не думаю, что право усмотрения, которым, как я понимаю, наделены суды Британской Колумбии в связи с отказом от срока исковой давности, имеет значение в данном деле. Данный момент заключается попросту в том, что претензия судовладельцев не истекла сроком давности в Англии, но ее срок исковой давности может считаться истекшим в Британской Колумбии. В данных обстоятельствах неизбежно возникает вопрос, должен ли английский суд, если бы он намеревался отменить разрешение на вручение повестки «Cansulex» за пределами юрисдикции, поступить так при условии, что «Cansulex» откажется от всякого права исходить из срока исковой давности, применимого в Британской Колумбии.

Поэтому необходимо подумать, требовало ли правосудие добавления такого условия. Доказательства, представленные в Апелляционном суде, показали, что ни судовладельцы, ни их юрисконсульты не знали о двухлетнем сроке исковой давности, применимом в Британской Колумбии. «Cansulex» не привлекла их внимание к данному вопросу в своих показаниях под присягой; солиситоры судовладельцев просто наткнулись на это, когда исследовали вопрос о доступности подходящих юристов в Ванкувере. Далее, пусть даже «Cansulex» обратилась в английский суд в целях отмены разбирательства по иску «Cambridgeshire», она не обжаловала неблагоприятное решение судьи по данному вопросу, и разбирательство по иску «Cambridgeshire» было начато. Более того, если бы солиситоры судовладельцев рассмотрели данный вопрос, опыт показал бы, что, принимая во внимание закон в том виде, который он имел по общему мнению перед решением данной Палаты по делу «Amin Rasheed» [1984] AC 50, в котором речи были произнесены в июле 1983 года, а также на то значение, которое до настоящего момента уделялось законным личным и юридическим преимуществам в английской юрисдикции (см., в частности, решения Апелляционного суда по делу «Brittannia Steamship Insurance Association Ltd. v. Ausonia Assicurazioni S.p.A.» [1984] 2 Lloyd's Rep. 98 и дело «Ilyssia» [1985] 1 Lloyd's Rep. 107), было маловероятным, чтобы какой-либо другой вывод был бы сделан по ходатайству об отмене разрешения, выданного в настоящем деле. В данной связи следует отметить, что основание для иска судовладельцев против «Cansulex» в настоящем деле должно было возникнуть в ноябре 1980 года (когда была завершена погрузка груза на борт «Spiliada» в Ванкувере), и таким образом срок исковой давности при отсутствии доказательств обратного (prima facie) истекал в Британской Колумбии к ноябрю 1982 года, за девять месяцев до решения данной Палаты по делу «Amin Rasheed». По моему мнению, если бы данный вопрос возник, я был бы склонен постановить, что с учетом всех обстоятельств дела судовладельцы действовали разумно, возбуждая разбирательство в данном государстве, и что они не действовали неразумно, не возбудив судебное разбирательство в Британской Колумбии до истечения срока давности в ней. В данных обстоятельствах, если бы я согласился с Апелляционным судом в том, что судья допустил ошибку при осуществлении своего права усмотрения, я бы, тем не менее, отменил разбирательство, чтобы оно могло быть возбуждено в Британской Колумбии, при условии, что «Cansulex» следует отказаться от своего права исходить из срока исковой давности в Британской Колумбии.

Однако по приведенным мной причинам я бы удовлетворил апелляцию с присуждением расходов в настоящем суде и в нижестоящих судах, а также восстановил бы приказ судьи Стогтона.

(11) Постскриптум

Чувствую, что не могу закончить, не воздав должное трудам юристов, которые помогали мне в подготовке данного заключения. Несмотря на то, что это может быть пристрастно, я хотел бы выделить для особого упоминания статьи г-на Адриана Бриггса в «Legal Studies» том 3 стр. 74 (1983) и в «Lloyd's Maritime and Commercial Law Quarterly» 227 [1984], а также статью мисс Роны Шуц в «The International & Comparative Law Quarterly» том 35 стр. 374 (1986). Они заметят, что я не согласился с ними по всем моментам; но даже когда я не соглашался с ними, я обнаружил, что их работа мне помогает. Потому что юристы – паломники, идущие с нами по бесконечному пути к недостижимому совершенству; и благодаря великолепному авторитету в лице Джеффри Чосера мы знаем, что разговоры между паломниками могут быть самыми полезными.